Корона из Тени и Осколков

Триста лет его кожа убивала каждого, кто к ней прикасался. Мать сгорела за три дня. Слуги — за минуты. Любое прикосновение — чужой крик, чужая кровь, чужая смерть на его руках. Он был химерой. Монстром. Владыкой, которого боялись даже его собственные тени. А потом Верхний Двор прислал ему мясо. Меня. Дань. Жертву. Девочку в белой сорочке, которая должна была сломаться за три дня. Он ждал крика. Я сказала: «Мне не нужна нежность. Мне нужна правда». И коснулась его груди. И не умерла. С этого момента он одержим. Он стоит у моей двери по три часа — и слушает, как я дышу. Он убивает лордов за то, что те посмотрели на меня. Он метит мою шею тенью, чтобы каждый в Подземном Дворе знал: это его. Трогать — смерть. А потом прижимает меня к стене, в миллиметре от моих губ, и рычит: «Ещё раз коснёшься меня без разрешения — и я не смогу остановиться». Я касаюсь. Он не останавливается.